Лина+Гриша Певзнер (ligrin) wrote,
Лина+Гриша Певзнер
ligrin

...О прекрасной доверчивой птице

Главные слова человечеству давно сказаны. Что не отменяет необходимости произносить их вновь и вновь. Только при произнесении «в лоб» едва ли будут они сегодня услышаны. В этом плане у Масяни и Хрюнделя в наше время шансы, по-видимому, всё же больше, чем, скажем, у Павки Корчагина. Это не хорошо и не плохо. Это просто некая данность, закон природы. Каждой эпохе свои персонажи.

Стихи и песни рязанского поэта, художника и барда Ольги Чикиной – это целая галерея персонажей, от лица и языком которых она говорит. Оля филолог с великолепным чувством языка. Русская речь её то прозрачно классична, то пересыпана просторечиями и диалектизмами. Сколько раз у меня в первый момент возникала мысль: «так нельзя! Это не по-русски!» А во второй приходило понимание, что в этом месте вот только так и нужно. Лексика меняется от песни к песне, от персонажа к персонажу – речь ведь часто ведётся от первого лица. И поэтому неискушённому слушателю (читателю) трудно порой не объединить лирического героя (особенно, когда этот герой – женщина) с автором. Но отношения автора и героя нередко, мягко говоря, неоднозначны. Оля сочувствует ВСЕМ своим персонажам (двуногим, четвероногим, крылатым, бескрылым – короче, вообще ВСЕМУ живому!), порой прячет это за юмором, за иронией, за пограничной с нормативной лесикой, но со-чувствует. Сочувствует, но всё же со многими себя отнюдь не отождествляет. Просто её стихи и песни – это театр Ольги Чикиной, точно так же, как песни Юлия Кима и Михаила Щербакова – это их театр. Это – Литература, а в литературе персонажи начинают жить своей жизнью. Автору остаётся подчиниться.

Но суть не в этом, не только в этом! Из всех, кого мы с женой знаем, Ольга Чикина один из самых неравнодушных людей. «Душа моя страданиями человеческими уязвлена стала», – это и о ней. И мы счастливы, что жизнь позволила нам соприкоснуться с «заговором неравнодушных». Если говорить о жанре авторской песни, эту «планку неравнодушия» для нас задавали (и задают!) Александр Дулов и Владимир Ланцберг. Сегодня они не рядом с нами. Зато рядом Николай Якимов. Рядом Ольга Чикина.

А стихи её... они, конечно, рождаются не по программе, а "какие прислали", но о многих из них можно сказать, что они несут "разумное, доброе, вечное" тем языком, который сегодня может быть услышан.

"– Это я. Это Мишка с фамилией Шляк.
Сорок лет мужику, а по-прежнему Мишка.
Это дворик и тишь. Шебуршат в тополях
Три воробушка серых, небесные мышки.

Если кто и глядит с высоты облаков,
С ледяной высоты, высоты бесконечной –
Он увидит, конечно, простых дураков –
Двух нетрезвых таких и таких человечных

Дураков, наблюдающих время свое
(позади – так легко, впереди – так неясно)
В самом центре страны, на ладошке ее –
Чем мы, Миша, живем? Чем мы, Миша, прекрасны?

Что нам дорого, Миша, из наших потерь,
Нам, отпущенным в мир без всего, наудачу?
Мы одни на планете. Чего ж нам теперь? –
Ничего. Ничего.
Так о чем же ты плачешь?

– Да я о дронте.
О прекрасной доверчивой птице,
Выходившей навстречу матросам,
Уходившей от них в никуда.
Я о дронте.
Он приходит ко мне и снится.
А кругом снова вечер и новая осень,
И глуха золотая вода.

Проползая по руслу огромных веков,
Сколько бед это черное небо впитало,
Что так мало оставило нам дураков?
Вот и дронта не стало, и дронта не стало.

Так и нас переловят у самой стены,
Ни взлететь, ни сбежать, ничего нам не светит.
– Ты о чем это, Миш? Ну кому мы нужны?
Мы одни на планете. Одни на планете.

– Да я о дронте.
О прекрасной доверчивой птице,
Выходившей навстречу матросам,
Уходившей от них в никуда.
Я о дронте.
Он приходит ко мне и снится.
А кругом снова вечер и новая осень,
И глуха золотая вода."


http://bards-de-info.livejournal.com/65212.html
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments